Как водится, во всех тюрьмах без исключения, есть свои суки, крысы и стукачи. И Таиланд не остался без них. Стучали на всех, докладывали офицерам все, что происходит в блоке и в камерах.
  В каждой камере, у охраны был свой докладчик — «стукачек». Утром офицерам сообщались все происшествия, которые происходили в камерах. Рассказывалось обо всем, что делают зэки, о всей запрещенке. Офицеры устраивали шмон, и все запрещенные вещи, если находили, тут же отбирали, виновных наказывали.
  Так несколько раз я застал, как шмонали в камерах.
  Уже три часа после того, как закрыли замки. Только пытаешься уснуть, слышался шум в коридорах, топот офицеров. Несколько человек охраны с дубинками на поясе, шли целенаправленно в какую-нибудь камеру, открывали замки, зэков поднимали с мест, и выгоняли в коридор. Шмон продолжался около полутора часов. Офицеры в белых перчатках (то ли боялись замарать руки старыми и грязными вещами зэков, то ли просто по полной форме) переворачивали все матрасы, прощупывали каждый шов на оставленных вещах, и на заключенных при выходе из камеры. Не всегда находили то, что искали: мобильные телефоны, наркотики, деньги и прочая запрещенка. Так и уходили ни с чем, только с разочарованным и злым выражением лица.
  Обыск мог быть и через день, и каждый день. Часто зэки уже знали, что сегодня или завтра будет шмон, и выносили запрещенку на улицу, и прятали там. На улице у нас были шкафчики, которые предназначались для банных принадлежностей: мыло, шампуни, бритвы, полотенца, что бы ни таскали с собой в камеры. Шкафы продавались и покупались, за сигареты или перевод денег на счет. Днем и в шкафах производили шмон, но в блоке много тайных мест, о которых офицеры даже и не догадывались, туда все и прятали.
  «Свои люди» были и на стороне офицеров, которые заранее предупреждали зэков о подобных предстоящих действиях охраны. Коррупция развита не только на воле, но и в тюрьмах. Офицеры же и передавали деньги заключенным от вольных посетителей, и наркотики, и телефоны. За это получали неплохое вознаграждение. Круговорот запрещенки в тюрьмах. Не помню, чтобы кто-то на этом попался, все связано, и поделено. И я получал передачи через офицеров за определенную плату, но не запрещенные. Старался соблюдать местные законы.
  Тюремные крысы, крысятники, воровали вещи, сигареты и прочее барахло. Воровали у своих, у таких же, как они, как все зэки.
  И меня не прошли стороной. В камерах, когда мне удавалось заснуть крали сигареты. На улице, таскали мыло. Сперли мои старые обрезанные джинсы. Однажды стащили полотенце из бельевой зоны. То самое, с которым я поступил в тюрьму. То самое, оставшееся единственной не испорченной вещью, которое было мне напоминанием о вольной жизни. Кажется мелочь, но эта мелочь – все, что оставалось у меня из дома. Я просил Лифа найти его, но не вышло, как в воду кануло.
  Вещи для зэка всегда в цене, и не важно, личные или чужие. Будь то бритва или какая-то одежда. Даже если она не нужна, даже если на улице жара за пятьдесят, и понимаешь, что ее все равно не будешь никогда надевать, если это теплая вещь. Если вещь подлежит носке или другому использованию, ее можно продать, обменять, на сигареты, на кусок хлеба или воду. Даже, маленькие кусачки для стрижки ногтей, сдавались в аренду, в обмен на сигареты. Приходилось брать.

  На третьем месяце заключения, начались проливные тропические дожди. Сезон дождей. Наш блок частично затопило водой, приходилось ходить по колено или по пояс в дождевой, грязной воде кишащей тараканами и дождевыми червями, выбитыми из своих нор и щелей. В камерах, через решетчатые окна сильно задувало ветром. Днем жара, а ночью ливень и сильный ветер. Многие заключенные, простужаясь, и заражая друг друга стали болеть. Вирус распространялся по блокам.
  Нас каждый день, толпами, водили в тайский тюремный госпиталь. Как хорошо было бы полежать в больничке, хотя бы пару дней. Да пролечиться, как следует. В госпитале широкие кровати с мягкими матрасами и подушками, и на первый взгляд, с чистыми белыми простынями и покрывалами. Даже установлены кондиционеры в некоторых комнатах. Красота, так и хочется посильнее заболеть, и подольше поваляться здесь. Больничные палаты напоминали уютные чистые комнаты с расставленными на подоконниках цветами, как на воле. Единственное, что портило впечатление – это решетки на окнах.
  Но все места забиты доходягами с различными заболеваниями, и наркоманами с обостренной формой. Для нас, обычных зэков, из лекарств, на все случаи жизни, любимые тайцами таблетки «от всех болезней» — таблетки парацетамола. Пару таблеток в день, да градусник под язык – и все лечение, не требующее госпитализации. «На тебе таблетку, и вали в свой блок, здесь и без тебя есть кого полечить».
  Вновь поступивших наркоманов располагали в госпитальных палатах, и приковывали к койке наручниками и цепями. Кололи какие-то успокаивающие уколы. Таким образом, выводили их из состояния ломки. Не всем заключенным удавалось проходить эти лечения, и зэки просто подыхали в страшных муках, как собаки, на больничных простынях. Одного умершего наркомана на больничной койке сразу сменял другой. Койки просто так не простаивали, всегда было кого к ним приковать.

  За зданием огранной фабрики нашего дэна был небольшой клочок земли, выделенный под тренажерный зал. Из тренажеров-то и была только одна штанга, с вылитыми блинами из железобетона, и две бетонные гантели. Да всего одна лавка. Охотников проводить время в силовой нагрузке было всегда предостаточно, поэтому приходилось долго ждать своей очереди. Это было еще одно интересное занятие времяпрепровождения. Свои сроки заключенные коротали, как могли. Но вскоре, офицеры и это занятие запретили, убрали штангу в сарай и закрыли на замок.
  Опять делать нечего, остается только шататься по блоку, и курить. Курить и ждать, считать оставшиеся дни заключения.
  Да, их можно считать, если известно, сколько тебе осталось. Но в моем случае приходится считать не оставшиеся дни до выхода на свободу, а хотя бы до следующего заседания суда, где можно будет, хоть на несколько секунд, увидеть родных, и «прогуляться глазами» по городу, через решетки окон автозака.
  Опасно не само заключение, когда хотя бы понятен срок, и ты знаешь, когда он закончится. А опасно само непонимание. Ожидание оглашения приговора. Как говориться: «не так страшна смерть, как ее ожидание». И действительно так и есть. За время, проведенное в ожидании приговора, можно сойти с ума. В такие моменты лучше вообще не думать о будущем. Намного легче становится, когда оглашают приговор, и ты понимаешь, что за ним стоит. И успокаиваешься, и появляется точка обратного отсчета. Ставишь крестики на календаре, и продолжаешь зазря прожигать жизнь. Ждешь окончания срока. Как говорится: «а все же срок, какой ни есть, когда-нибудь кончается».




  Королевство Таиланд – одна из тех стран, где не существует «презумпции невиновности», а наоборот существует «презумпция вины». Т.е. сторона обвинения предоставляет субъективные данные по делу арестанта, а арестант же сам должен доказать свою невиновность, если сможет. Например, в России и странах Европы сторона обвинения, наоборот, должна представить обоснованное доказательство вины, что бы осудить обвиняемого.

  В развитых странах «презумпция невиновности» – есть один из основополагающих принципов уголовного судопроизводства. Бремя доказательства лежит на стороне обвинения. Это означает, что обвиняемый не должен доказывать свою невиновность, а, напротив, обвинение должно предоставить веские и юридически безупречные доказательства вины подсудимого. При этом любое обоснованное сомнение в доказательствах трактуется в пользу обвиняемого.
  Презумпция невиновности призвана защищать людей от государства. Таким образом, государство не может быть оправдано на основании этого принципа и свою невиновность перед гражданами оно обязано доказать.
  Обвиняемый считается невиновным, пока его вина не будет доказана в установленном законом порядке.

  А «у нас» все, ни как у нормальных людей. Закон защищает не людей от государства, а государство от людей. Сидишь не в предварительном следственном изоляторе, а в основной тюрьме, с наркоманами и убийцами (хотя, какая разница?). Ходишь в железных кандалах, и сам пытаешься выкрутиться и доказать, что ты не виноват. «Ну, поверьте же мне, ведь я ни в чем не виноват». Пытаешься оправдаться перед коррумпированными тайскими властями. А сможешь ли? Тебе говорят: «Ты виноват» и хочешь, соглашайся, а не хочешь – докажи свою правоту.

  Королевство Таиланд до 1939 года называлось «Сиам». Таиланд – является единственной страной Юго-Восточной Азии, сохранившей полную независимость, в то время как все соседние страны были колониями Франции или Великобритании. «Таиланд» (Thailand) – англизированный вариант названия страны, введенный в обиход в 30-х годах, означает «страна тайцев», тайский вариант звучит как «Мыанг Тхай» или «Пратхет Тхай». Слово «тхай» — означает «свобода». И название вполне себя оправдывает (да уж, оправдывает – не то слово, особенно если смотреть на эту удивительную свободную страну из-за решеток местных камер).
  «Свободная» страна — полна самых разнообразных контрастов. Одно из любимых изречений королевства – «Удивительный Таиланд» (Amazing Thailand). И, эта страна действительно, удивляет всякого приезжего сюда иностранца своей красотой и гостеприимством. (А так же гостеприимством местных тюрем). Соблазн купить или попробовать здесь наркотики, или вывезти контрабандой драгоценные камни, велик. Так же велик и шанс попасть за решетку.

  Для тайцев самым священным и дорогим является королевская семья. Особенно сам король. Для своих граждан он является божественной персоной.
  Тайская королевская семья занимает особенное место в сердцах всех представителей тайского народа, без исключения. Все тайцы любят и боготворят своего короля. От крестьянина, работающего на рисовом поле, до суперуспешного бизнесмена сидящего в современном офисе. От бедного арестанта, который на воле был наемником для производства наркотиков и сбора опия (за 10 бат в месяц), до командора блока или начальника тюрьмы. И это, как утверждают тайцы, не культ, а искренние любовь и уважение к королевской семье, особенно к королю — Пхумипону Адульядету (Рама IX), который посвящает всю свою жизнь заботам о своих подданных. Богач ты или ЗК, в любом случае король одинаково заботится о тебе, вне зависимости от состояния и твоего месторасположения.
  Таиланд является монархической страной, но, по политическим признакам, король утратил свою абсолютную власть. Хотя всё ещё остается защитником буддизма, символом единства и Верховным Главнокомандующим, и пользуется полным уважением нации. Такое положение короля иногда используют во время политических кризисов. Заключенные, не довольные своими сроками и приговорами, пишут прошения королю о помиловании или о сокращении срока. И часто, король милует, и удовлетворяет просьбы своего «любимого» народа.
  Но фактически, страной руководит не король, а Парламент. Во главе руководства страной стоит премьер-министр. Во время моего срока, в 2002 году, премьер-министром был Таксин Чиннават. Чиннават — бывший полицейский, дослужился до подполковника и подал в отставку, после чего занялся бизнесом, и стал монополистом мобильной связи Таиланда. А также создал собственную компанию «Чиннават компьютер энд коммьюникейшн групп», которая занималась продажей программного обеспечения. В середине 90-х годов Чиннават вошел в список журнала Forbes под номером 18 среди богатейших людей планеты. Позже тайский олигарх занялся политикой, и стал премьер-министром страны. О нем говорили, что «он управлял страной как своей собственной компанией». Не всем это нравилось, и поговаривали, что Чиннават разрушил страну. Сторона оппозиции организовала путч, и в 2006 году Таксин Чиннават был свергнут. В результате чего было сформировано временное правительство. Новая власть говорила следующее: «Правительство должно исправить ошибки, допущенные смещённым премьер-министром Таксином Чиннаватом, который не заботился о реальном развитии экономики и межнациональных отношениях». А также, что: «Прежнее правительство жестоко подавляло выступления мусульман в южных провинциях страны, что привело к эскалации насилия».
  Правление Чиннавата привело к расколу между тайцами мусульманами и тайцами буддистами. В большинстве тайцы принимают религию буддизма, около 95%, и 4-5% населения Тайланда принимает ислам. И конечно, буддизм, во главе с правительством в лице премьер-министра, так как он был «искренне верующим человеком» и ярым поклонником своей веры, всячески подавлял верующих мусульман.
  Во время протестов оппозиции, король Адульядет, как истинный монарх любящий своих подданных, объявил о своей поддержке военного генерала оппозиции возглавившего путч, для свержения власти премьер-министра, и поддержал временное правительство. А также, под влиянием оппозиции, объявил о введении временной конституции в стране вместо основного закона.

  Королевская семья достаточно интересна в своей истории. Правящая королевская династия Чакри, глубоко почитаемая народом Таиланда, восходит с 1782 года. Основателем династии является Великий Буддха Йодфа Чулалок (Рама I), он же и стал королем государства. Рама I провозгласил себя королем в храме Ват Пхо 6 апреля 1782 года и управлял страной в течение 28 лет. В ходе своего правления он настолько усилил королевство, что тайцы даже перестали опасаться вторжений в страну врагов. Рама I был известен как талантливый государственный деятель, законодатель, поэт и буддист. Поэтому период его правления называют возрождением государства и тайской культуры. Он провозгласил столицей Таиланда Бангкок, который впоследствии стал широко известен под именем «Город Ангелов».
  Со времен основания династии Чакри новые правители сменяли друг друга на троне естественным (т.е. наследным) и неестественным (т.е. завоеванием и свержением) путями. Хотя, и этот путь можно назвать вполне естественным и закономерным. Сильный пожирает слабого. Закон жизни, ничего не поделаешь.
  Современная королевская семья имеет четверых детей: принцесса Убол Ратана, принц Маха Ватчиралонгкорн, принцесса Маха Чакри Сириндхорн, и принцесса Чулабхорн Валайлак (самая младшая королевская дочь), и несколько внуков. Успешная, и всеми любимая семья. Но любимая «частично». И, как говориться, в семье не без уродов, и это действительно так. Тайский народ очень боится, что король рано или поздно умрет, и к власти придет его сын, принц Маха. Наследный принц, выполняющий целый комплекс церемониальных обязанностей королевства, является действующим офицером службы военно-воздушных сил Таиланда. Имеет несколько военных званий: генерал, адмирал и главный маршал авиации. Командовал личной гвардией короля, и имеет почитаемую и великую награду кавалера ордена королевского дома Чакри. Сейчас уже женат в третий раз, и имеет семеро детей от разных браков. По сути, на виду, очень популярная и положительная фигура в жизни королевства. Но не тут-то было. По слухам, которые распространяют сами жители королевства, принц, непутевый сын, и не достойный своего отца.
  Принц Маха является владельцем наркобизнеса в Таиланде. Один из крупнейших, преуспевающих наркотических баронов, и просто бандит. Парадокс, тайское правительство во главе с премьер-министром борется с наркотиками, а сын монарха контролирует этот наркобизнес. По сути, при власти Чиннавата, это была борьба премьер-министра, который активно выступал против наркотиков, и местных наркодилеров во главе с принцем. Но, при этом, Чиннават сам являлся крупным коррупционером.
  Тайцы боятся за будущее своего государства, и боятся, что принц придет к власти и будет управлять страной. Но все же теплятся надеждой, что к власти может прийти и младшая дочь короля — принцесса Чулабхорн, которая с самых малых лет сопровождала своего отца во всех его поездках по стране, и принимала участие во всех королевских мероприятиях. Тайский народ любит ее не меньше, чем самого короля.
  Но, опять же по слухам, не берусь сказать наверняка, король тоже не без греха. Он пришел к власти после внезапной кончины своего старшего брата короля Рамы VIII. Тайцы в тюрьме говорили, что король Пхумипон отравил его, чтобы завладеть престолом. Это было в 1946 году.
  Такая же версия восхождения его на престол была и официальная. И ходили слухи о борьбе братьев за трон. Говорили, что бывший правитель Анада Махидол погиб в своем же дворце при загадочных обстоятельствах. Но Пхумипон для пресечения этих слухов дал клятву, что никогда не взойдёт на трон в королевском дворце в Бангкоке. И обещал никогда не покидать пределы страны (говорят, что по настоящий момент обе его клятвы остаются нерушимыми).
  В свою очередь, умерший от руки Великого Пхумипона король Рама VIII Анада Махидол устроил революцию в стране в 1932 году. В результате чего, сверг, с престола, своего родного дядю Раму VII, короля Прачадипока, и поменял порядки в стране. И королю Прачадипоку, последнему абсолютному монарху, в 1934 все-таки пришлось передать право на трон своему племяннику, и закончить свою жизнь в изгнании.
  Имя нынешнего «Великого» короля (Пхумипон Адульядет) — означает «сила страны, несравненная мощь». И не смотря на все толки вокруг его персоны и не праведного завладение троном, народ его боготворит. В своем правлении он много сделал для страны, использовал часть своего большого богатства с целью финансирования более чем 3000 проектов развития, особенно в сельских районах. Титул «Великий» ему был присвоен его народом.
  Но это все – история, канувшая в Лету.




ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ >>>